Когда-то, в другие совсем времена,
Детьми еще были,
Настала война…
Тянулась упругая боли струна,
Мы пили горячую воду до дна.
Впивались осколки, взметалась вверх пыль…
И мне был странно про прошлую жизнь.
Ужасные крики, и голод, и боль…
Остался без трона наш голый король.
Безликие жертвы, раскрытые рты…
И мы голодали, как в гнездах птенцы.
Холодное солнце, больная луна.
Мы дети без детства,
И мать нам – война.
Мы вышли из ада,
И смерть не страшна.
Мы дети, и мать наша –
Мать без отца.
Пространные судьбы – не любим, не ждем…
Горячую воду ночами мы пьем…
Впивались осколки, крошились мечты…
Не видели дети красивые сны.
Закончились войны,
Настала весна…
И дети – не дети,
Клеймо: сирота.
Без жизни, без смерти –
На все наплевать…
Безликие дети –
Судьбы не собрать…
Детьми еще были,
Настала война…
Тянулась упругая боли струна,
Мы пили горячую воду до дна.
Впивались осколки, взметалась вверх пыль…
И мне был странно про прошлую жизнь.
Ужасные крики, и голод, и боль…
Остался без трона наш голый король.
Безликие жертвы, раскрытые рты…
И мы голодали, как в гнездах птенцы.
Холодное солнце, больная луна.
Мы дети без детства,
И мать нам – война.
Мы вышли из ада,
И смерть не страшна.
Мы дети, и мать наша –
Мать без отца.
Пространные судьбы – не любим, не ждем…
Горячую воду ночами мы пьем…
Впивались осколки, крошились мечты…
Не видели дети красивые сны.
Закончились войны,
Настала весна…
И дети – не дети,
Клеймо: сирота.
Без жизни, без смерти –
На все наплевать…
Безликие дети –
Судьбы не собрать…